Предисловие
В отличие от других трактатов Мишны, трактат «Авот» не содержит практических указаний, а устанавливает нравственные нормы и правила поведения, прославляет высокие душевные качества. В нем собраны изречения величайших наших наставников — «Авот олам» — «Отцов мира». Отсюда и название трактата — «Авот». Некоторые добавляют, что принципы, изложенные в этом трактате — отцы всякой мудрости и добродетелей, указывающие путь всем стремящимся к нравственному совершенству. И еще говорили мудрецы: Тот, кто хочет быть благочестивым, должен выполнять указания трактата «Авот». В конце своего комментария к этому трактату Раши пишет: Он называется «Авот», потому что в нем располагаются по порядку изречения первых наших наставников и отцов учения, передававших его друг другу от Моше к Йеошуа и старейшинам, вплоть до мужей Великого Собрания, Шамая и Гилеля, раббана Иоханана, сына Заккая, и его учеников. И сделано это для того, чтобы сообщить нам, насколько мудрыми были их деяния, рассказать о том, как предостерегали они своих современников и наставляли их на верный путь, и что точно так же каждому мудрецу следует, подобно первым, предостерегать своих современников и направлять их по верному пути. Почему же редактор Мишны расположил трактат в разделе «Незикин»? Об этом пишет Рамбам в предисловии к своему комментарию Мишны.. и после того, как завершается перечисление всего необходимого для судьи, начинается трактат «Авот»; это преследует две цели:
1. Показать, что согласие (между мудрецами) и традиция (принятая нами и передаваемая из поколения в поколение) — истинны и верны и передавались они из поколения в поколение. И поэтому следует воздавать почет и уважение Мудрецам Торы за то, что они сохранили традицию и стали в своем поколении подобны тем, первым, в их времена. И говорили: «Начав расследовать суды раббана Гамлиеля, мы вынуждены будем пересмотреть все процессы, проходившие когда-либо — со времен Моше по сей день». И еще говорили: «Шимшон в своем поколении (в нашей книге другая версия: „Ифтах в своем поколении“ — см. комм. к мишне 3, гл. IV) — как Шмуэль — в своем». В этих высказываниях содержится великий нравственный урок: зная все это, люди уже не спросят: «почему мы должны соглашаться с таким-то приговором или с поправкой такого-то судьи?!» Ведь такое возражение, по сути не верно, ибо суд и приговор не зависят от воли какого-либо судьи, а находятся во власти Святого Благословенного, Который заповедал нам о них, как сказано: «... ибо суд ведь Божий...». Однако все это — один и тот же суд, который вершится над людьми в сменяющихся поколениях.
2. Трактат напоминает нам: всякий мудрец передает знания других мудрецов, чтобы мы учились у них высоконравственному поведению; и нет никого, кто нуждался бы в этом больше, чем судьи. Ведь простолюдин, не обладающий должными моральными качествами, приносит вред не всему обществу, а только себе; однако не имеющий твердых принципов и недостаточно скромный судья — вредит и самому себе, и другим людям. Потому-то трактат «Авот» и начинается с поучения судьям: «...судите обдуманно». Судья должен обучиться всему, о чем написано в трактате «Авот»: судить обдуманно, не спешить с вынесением приговора, если он предполагает, что какие-то обстоятельства дела ему еще не известны. И вместе с тем, ему не следует затягивать с решением, если все детали дела известны наверняка, ибо это — судебная волокита. Он должен научиться тщательно допрашивать свидетелей, но быть во время допроса осторожным, чтобы свидетели не узнали из его слов чего-либо, что могло бы им раскрыть его намерения; и тому, что нельзя помогать участвующим в процессе сторонам в выборе доводов для выступлений на суде... И тому, что не должен он (судья) осквернять себя общением с простонародьем и невеждами, чтобы не стать посмешищем (ведь если уважение к нему пропадет, и люди начнут его презирать, то перестанут принимать и решения, которые он выносит, и его приговоры); и тому, что он должен быть внимателен к людям настолько, чтобы они могли с ним встретиться, как только им это будет нужно — чтобы не попал в беду беспомощный; и тому, что не должен он искать отдыха и удовольствий — чтобы не пропала истина, и чтобы не увлекло его сладострастие. И еще должен научиться судья не желать продвижения по службе, и не настаивать на избрании в судейскую коллегию, — ибо так он может вызвать подозрения. И он должен считать делом своей чести в каждом случае стремиться к достижению компромисса; если же компромисс достигнуть невозможно, тогда пусть не выносит приговор никогда в жизни — нет ничего лучше этого! Если же это невозможно, — только тогда пусть вынесет приговор... Вообще же, судья должен быть подобен квалифицированному врачу, который в тех случаях, когда он может вылечить с помощью диеты, не прибегает к лекарствам; однако, когда он понимает, что болезнь серьезна, и ее нельзя вылечить только воздержанием — пользуется слабыми медикаментами, близкими по составу к пище... Но когда он видит, что болезнь очень тяжела — употребляет для ее излечения сильные средства... Так и судья должен стараться достичь компромисса, и, если ему не удалось, судить мягко, увещевая стороны. Но если и это не получается из-за ожесточенности одной из сторон, желающей победить с помощью беззакония и насилия, — пусть и он (судья) ожесточится и «сокрушит нечестивых на месте». И должен судья поменьше предаваться мирским наслаждениям, не стремиться к богатству и высокому положению, как сказано: «... ненавидящих корысть...». И говорили мудрецы что стих: «Король правосудием утверждает землю, а сборщик „трумот“ — разоряет ее» — имеет в виду судью — как король, которому ничего не нужно (то есть либо у него есть все необходимое, либо он довольствуется тем, что имеет), — то он утверждает землю: но если он как священнослужитель, обходящий гумна, то разоряет ее.
После того, как мы видели, насколько необходимо судье обучиться всем этим наставлениям, легко понять, как разумно расположен трактат «Авот» после трактата «Санедрин» и следующих за ним, потому что «Авот» обобщает все принципы нравственности. И, кроме того, он включает еще и другие поучения, призывающие к отдалению от мира (материального и его соблазнов), уважению к мудрости и ее обладателям, к честным, богобоязненным поступкам. В трактате пять глав. Шестая была присоединена позднее, из-за обычая изучать «Авот» по субботам; главу, называемую «Ценность Торы», внесли, чтобы читать ее в субботу перед праздником Шавуот — праздником дарования Торы. Эта суббота — шестая (и последняя) между праздниками Песах и Шавуот. Обычай упоминается еще в молитвеннике р. Амрама-гаона, составленном более тысячи ста лет назад. Там сказано: «В нашей талмудической школе, в Вавилоне, принято после молитвы „Минха“ в субботу изучать „Авот“ и главу „Ценность Торы“».